Реставрация

Натурные исследования памятника архитектуры были выполнены в июне—июле 2011 года.

К тому моменту, как реставраторы приехали на объект, некоторые работы на памятнике уже были проведены — так, была сбита вся штукатурка с фасада и дом стоял в кирпиче. Таким образом, судить о том облике дома, который сохранялся с конца XIX века на протяжении всего советского времени, можно было только по фотографиям.

На момент начала обследования дом представлял собой двухэтажное, прямоугольное в плане кирпичное строение под вальмовой крышей. По центральной оси продольных фасадов, над входами в здание, были расположены балконы на опорных столбах. В центральной части западного фасада сохранились фрагменты штукатурных декоративных элементов, относящихся к XIX веку, — 6 пилястр, четыре — с капителями ионического ордера, две угловые — без капителей. Над центральным ризалитом располагался аттик с полукруглым завершением.

Первоначальный кирпичный декор фасадов был срублен, однако его следы хорошо просматривались на всех фасадах: лопатки, карнизы, фрагменты наличников окон 1-го и 2-го этажей. Размер кирпича, техника кладки, планировочная структура здания и стилистика декора позволили отнести время постройки дома ко 2 половине XVIII века.

На протяжении своего существования дом неоднократно перестраивался. Главная, кардинальная перестройка проводилась в 1 половине XIX века, когда получили широкое распространение идеи классицизма с его неизменными канонами симметрии. В этот период к главному (западному) фасаду был пристроен центральный ризалит, была изменена форма и осевая разбивка окон, переложен цоколь.

На основании исследований, проведенных реставраторами, были определены три основных этапа строительства памятника:

I этап: 1760–1770-е гг. (время постройки дома)
Тогда здание представляло из себя прямоугольные в плане двухэтажные палаты (главный фасад в 12 осей) с декором фасадов из тесанного кирпича. Фасады дома были оформлены в стиле барокко.
II этап: 1 пол. XIX в.
Первая кардинальная перестройка дома в классических формах. К главному фасаду был пристроен центральный ризалит на три оси, с рустованной кладкой стен 1-го этажа, четырьмя пилястрами с ионическим ордером на 2-м этаже и венчающим карниз аттиком. Для создания симметричной композиции здания была изменена осевая разбивка окон.
III этап: 1890-е г.
Тогда был расширен центральный ризалит и увеличено количество пилястр 2-го этажа с четырех до шести. Верхние окна ризалита получили арочное завершение, а маленькие, почти квадратные, окна 1-го этажа дома были увеличены в высоту. Тогда же к ризалиту был пристроен балкон на 4-х столбах, такой же балкон-терасса появился и на восточном фасаде.

При исследовании наиболее полные данные были собраны на первый период строительства памятника, относящийся к 1760–1770-м гг.

Необходимо пояснить, что в XVIII веке декоративное оформление фасадов зданий выполнялось из тесанного кирпича или белого камня (известняка) под обмазку. Когда на смену старому архитектурному стилю (барокко) пришел стиль классицизм, фасады домов подверглись переделке — выступающие элементы декора срубались, а стены покрывались штукатуркой. Но по оставшимся в кладке срубленным кирпичам, т.н. «хвостам», представляется возможным «прочитать», каким было первоначальное убранство фасадов, а значит и восстановить его с высокой степенью точности.

Здесь реставраторами были найдены почти все элементы срубленного декора фасада XVIII в. — следы оконных наличников, угловые и промежуточные лопатки, декорированные «ширинками», карнизы, цоколь. Все это позволило понять, как выглядели фасады дома во 2 половине XVIII века, и дало затем возможность достоверно воссоздать их первоначальный облик.

Конечно, только определить места расположения элементов декора еще недостаточно, поскольку необходимо понять и их художественное оформление, т. е. какой формы могли быть тесанные профили карнизов, наличников и т. д. Ответы на эти вопросы реставраторы обычно находят при разборке поздних закладок — т. е. в тех местах, где при переделке фасадов старая кладка стен не была срублена и, таким образом, сохранилась в своем первоначальном виде. Так, здесь при разборке центрального классического ризалита на западном фасаде было обнаружено первоначальное оформление парадного входа: малые лопатки, поддерживающие карниз, «ширинки» (западающие квадратные элементы декора), расположенные над карнизом, а также фрагменты первоначального цоколя с раскреповкой на лопатках. За одной из пилястр ризалита был найден целый профилированный фрагмент оконного сандрика (верхняя часть наличника). На западном и южном фасадах под штукатуркой венчающего карниза был обнаружен верхний облом первоначального профилированного кирпичного карниза.

При обследовании древних памятников реставраторы часто сталкиваются с приметами, говорящими об индивидуальной манере мастеров-каменщиков, которые строили дом. У каждого мастера был свой почерк, и один и тот же элемент декора разные мастера могли делать по-своему, отлично от остальных. Такие особенности были найдены и на нашем доме — так, например, наличники двух соседних окон 1-го этажа на западном фасаде имеют разную форму и размер «ушек» («ушко» — это расширяющаяся часть наличника). А на наличниках окон 2-го этажа встречаются «ушки», выложенные высотой и в 3 кирпича, и в 4 кирпича, и все это может быть на соседних окнах одного фасада. Можно называть это «несогласованностью», но это говорит и о том, что у каждого мастера было свое чувство пропорции. Впрочем, иногда бывали и просто ошибки, например, несовпадения в порядовке кладки — когда каменщики в работе шли друг другу навстречу, и могли где-то ошибиться в уровне кладки. Что бы выровнять ряды кладки, они ставили следующий ряд кирпичей на ребро — следы таких «выравниваний» можно было видеть, например, на восточном фасаде дома.

К наиболее ценным находкам, сделанным в процессе исследования памятника, можно отнести первоначальную конструкцию оконных проемов, обнаруженную в многочисленных поздних закладках на 2 этаже западного фасада. Кладка проемов здесь была выполнена под закладную деревянную колоду: оконную дубовую колоду вставляли в паз, выложенный в стене, а затем выкладывали кирпичную перемычку — таким образом, колода была замкнута кладкой стены, и ее нельзя было вытащить. (Такая конструкция окон была характерна для архитектуры середины XVII — XVIII веков). В одном из сохранившихся проемов был даже найден истлевший нижний брус первоначальной дубовой колоды XVIII века.

На некоторых окнах 1-го этажа, а также на двери центрального входа западного фасада были обнаружены сохранившиеся подстава от металлических ставень. Ставни закрывались изнутри, это дает основание предполагать, что помещения 1-го этажа использовались как служебные. Здесь располагались кухни, комнаты прислуги, складские помещения для хранения провизии, утвари и т. п. В юго-западной части дома сохранились два подобных помещения, перекрытые сводами. В углах свода были найдены петли с кольцами, которые, по всей видимости, использовались для подвешивания мясных припасов.

Необходимо отметить, что в XVIII веке (как и в более раннее время) в жилых домах нижний этаж, как правило, использовался как служебный, а жилыми были верхние этажи дома, куда вело парадное крыльцо. В нашем случае крыльцо могло находится только со стороны торцевого северного фасада, поскольку следов примыкания крыльца на других фасадах дома найдено не было. Стена северного фасада в XIX веке подверглась серьезной переделке — в уровне 2-го этажа стена была переложена маломерным кирпичом на всю толщину. Таким образом, следов портала входной двери найдено не было. Сохранились фрагменты трех окон 2-го этажа, которые когда-то располагались слева и справа от портала. Фундамент крыльца также был утрачен в XIX веке, когда в этой части дома был организаован небольшой подвал (под калориферную печь).

В XVIII веке, как и в более ранние времена, все перекрытия в домах делались сводчатыми — в подвалах, в служебных помещениях 1-го (или цокольного) этажа, и в жилых покоях на верхних этажах. С изменением в конце XVIII века архитектурной моды с барокко на классицизм перекрытия в домах стали меняться на плоские, в соответствии с требованиями нового стиля. Впрочем, в подвалах и нижнем этаже своды, как правило, сохраняли, поскольку эти помещения использовались как служебные, а сводчатое каменное перекрытие было самым надежным для сбережения ценной утвари и съестных припасов, в первую очередь от пожара. В нашем доме при перестройке 1 половины XIX века были, как уже упоминалось, сохранены два сводчатых помещения в юго-западной части дома, все остальные своды были разобраны.

Крыша в домах со сводчатыми перекрытиями была всегда высокой, т. к. стропильная конструкция крыши укладывалась по сводам. В нашем доме своды помещений второго, парадного этажа, были высокие, т. к. пяты (основание) сводов располагались выше оконных проемов. Форма крыши могла быть вальмовой (четырехскатной) с полицей, или более нарядной мансардной с вогнутыми нижними скатами. Поскольку это была небольшая загородная усадьба, то скорее всего, крыша на доме была обычная вальмовая, однако точно сказать невозможно, поскольку в XIX веке крыша была полностью переделана и никаких элементов кровли XVIII века не сохранилось. Но стилистически подходит и тот, и другой вариант конструкции крыши. В итоге реставраторами был сделан выбор в пользу более нарядной мансардной крыши, тем более, что в таком случае появлялась возможность сделать эксплуатируемое подкровельное пространство, по сути, еще один этаж (после окончания реставрации там разместился небольшой концертный зал).

В целях приспособления дома к современному использованию было решено пристроить к восточному фасаду одноэтажный вестибюль в габаритах существовавшей ранее терассы, пристройка была спроектирована в едином стиле с домом. Наверху был устроен открытый балкон с видом на реку.

Внутренняя планировка здания сохранила свою первоначальную структуру: несущие внутренние стены делили дом почти на равные по площади помещения (изначально — сводчатые палаты; две из них сохранились в юго-западной части здания на 1-м этаже). Анфиладная планировка помещений дома сохранилась с 1 половины XIX века: планировка 2-го этажа состоит их двух анфилад, западной и восточной, разделенных коридором; в 1-м этаже сохранилась только восточная анфилада, западная была нарушена устройством лестницы в конце XIX века.

От первоначальной планировки XVIII века сохранился единственный небольшой дверной проем с лучковой перемычкой, ведущий в юго-западное сводчатое помещение на 1-м этаже.

Дошедшая до нашего времени отделка интерьеров относится к 1890-м гг., т. е. к последнему этапу переделки дома. При этом надо отметить, что облик интерьеров дома сохранился в целостном виде, лишь с небольшими утратами. Наилучшей степенью сохранности отличается парадная деревянная лестница, а также камин в зале 2-го этажа. Также сохранились филенчатые анфиладные двери 1-го и 2-го этажей, частично 2 печи, кессоннированные потолки в одном из помещений 1-го этажа, штукатурные карнизные тяги, розетки, и лепной декор стен лестничной клетки. Частично сохранились полы из керамической метлахской плитки на 1-м этаже, а также щитовой паркет в некоторых комнатах.

В то же время техническое состояние интерьеров дома на момент начала обследования было весьма плачевным, поскольку дом 20 лет не использовался, стоял без отопления; постоянные протечки кровли ускорили разрушение перекрытий и внутреннего убранства дома.

Поскольку в ходе реставрации были заменены перекрытия дома, вся потолочная лепнина (карнизы и розетки) была воссоздана по сохранившимся образцам. Уцелевшие фрагменты щитового паркеты были в плохом состоянии, поэтому паркетные полы в помещениях были воссозданы по сохранившимся рисункам. Филенчатые анфиладные двери (двух типов) были отреставрированы, а недостающие двери были восозданы по образцам.

В доме сохранялись несколько фрагментов керамических полов, выложенных метлахской плиткой разного рисунка (с клеймом «Бергенгеймъ», т. е. сделанной на заводе Э. Бергенгейма в Харькове). Наиболее красивый рисунок пола, выложенный из шестигранных плиток в виде цветочного орнамента с меандровым фризом, располагался на лестничной площадке 1-го этажа. Большую часть полов удалось сохранить при демонтаже и использовать вторично — этой плиткой был выложен пол в маленьких помещениях (коридор, кладовка, туалеты). В тех помещениях, где была историческая плитка, полы были выложены новой метлахской плиткой, с повторением первоначального рисунка.

Главным композиционным ядром дома является деревянная парадная лестница, ориентированная на центральный вход с западного фасада. Парадный статус лестницы подчеркивает нарядное оформление лестничной площадки 2-го этажа. Лестница и ее убранство сохранились до нашего времени практически без утрат.

Красивая широкая винтовая лестница состоит из двух маршей. Первый — прямой на восемь подъемов — заканчивается площадкой с глубокой нишей, в которой размещены декоративные лепные консоли. Вероятно, в нише когда-то стояла статуя или большой декоративный вазон. Второй марш лестницы — полукруглый, с забежными ступенями. Ограждение лестницы и верхней площадки выполнено из точеных деревянных балясин разного рисунка. Потолок и стены площадки парадной лестницы богато украшены лепным декором: большая «цветочная» розетка потолка обрамлена тянутыми рамками разнообразных геометрических форм, стены оформлены штукатурными панелями и филенками.

Конструкция лестницы сохранилась в хорошем состоянии, что позволило отреставрировать лестницу, не разбирая ее. Были заменены только несколько нижних ступеней, пораженных гнилью.

Самые красивые комнаты 2-го этажа принадлежат парадной анфиладе, идущей вдоль восточного фасада дома, выходящего на реку. Это большой (каминный) зал, гостиная, диванная и кабинет. Самым большим и нарядно декорированным помещением, безусловно, является зал с камином. Зал освещен 12 окнами, выходящими на три стороны; композиционный центр зала — камин, отделанный белым искусственным мрамором. Обращает на себя внимание неоклассическое лепное оформление камина — фриз с пальметами и медальон с женской головкой и цветочным орнаментом. По сторонам камина перекинутые на стены балки образовывают порталы, декорированные пилястрами с ионическим ордером. В комнате есть еще один портал, ведущий в гостиную, он также украшен четырьмя угловыми ионическими пилястрами. Все пилястры, так же как и камин, отделаны искусственным мрамором. Потолок зала украшен лепным плафоном овальной формы, в котором, возможно, изначально располагалось живописное панно. Парадность зала подчеркивает развитый профилированный карниз с падугой, имитирующей свод.

В соседней с залом гостиной была воссоздана угловая печь, относящаяся к 1 половине XIX века. На момент начала реставрации сохранялась лишь ее задняя (затопочная) стенка со стороны коридора, тело печи было утрачено, но читались ее границы. По сохранившимся печным изразцам с рисунком, характерным для 1 половины XIX века (темно-кобальтового цвета ромб на белом фоне), были выполнены новые изразцы, из которых и была сложена печь.

Еще одна угловая печь сохранилась в помещении 1-го этажа, но уцелело только тело печи с несколькими зелеными изразцами. По клеймам на изразцах удалось установить, что они были выполнены на финском Ракколаниокском гончарном заводе, одном из крупнейших производителей печных и каминных изразцов в дореволюционной России. Изразцы для воссоздания печи были изготовлены по сохранившимся образцам.

Во время проведения реставрационных работ под полами 1-го этажа в засыпке из строительного мусора были найдены фрагменты изразцов печей XVIII века с полихромной покраской зеленого и коричневого цвета. По рисунку и цветовой гамме найденных изразцов можно предположить, что они относятся к трем разным печам. Эти находки планируется включить в музейную экспозицию дома.

После завершения реставрационных работ главной задачей было оформление воссозданных исторических интерьеров (на конец XIX века): подборка антикварной мебели и драпировок для обстановки главных помещений парадной анфилады 2-го этажа: каминного зала, гостиной, диванной, кабинета; на 1-м этаже была обставлена т.н. музейная комната, где разместилась экспозиция, посвященная истории рода Лосевых.

Неожиданным, но символическим подарком для музея-усадьбы стало приобретение шкафчика, который находился в доме в дореволюционные времена и принадлежал, вероятно, последним владельцам усадьбы Сталь-фон-Гольштейнам. Часть мебели, которой был обставлен дом в конце XIX — начале ХХ веков, сохранялась здесь и после 1917 года. Позже 2 предмета мебели — небольшой шкафчик и комод — попали к жительнице поселка Репное, которая работала в доме в советские годы. Один из этих предметов, комод, был в плохом состоянии и реставрации не подлежал, а шкафчик удалось отреставрировать и теперь он стал раритетом среди других экспонатов дома — единственный подлинный предмет мебели «вернулся» в родные стены после возрождения усадьбы.